Фантаст, востоковед, художник: как Кир Булычев нарисовал XXI век, по которому до сих пор скучают


85 лет назад родился один из самых популярных советских писателей-фантастов Кир Булычев (настоящее имя Игорь Можейко). Владимир Свержин рассказывает, как ему удалось нарисовать светлое коммунистическое будущее, по которому в будущем все стали скучать.

Светлое коммунистическое будущее

Есть люди, думая о которых ловишь себя на мысли: "Жаль, что я не был знаком с этим человеком". Особенно печально, когда такие люди уходят и понимаешь, что знакомство уже не состоится никогда. Для меня одним из немногих таких людей был Кир Булычев. Или по-другому: для меня таким человеком был известный историк, востоковед с мировым именем Игорь Можейко. Единый в обоих лицах.

Заочное знакомство с этим уникальным "человеком-оркестром" состоялось еще в школьные годы, даже несколько знакомств. Примерно в одно и то же время в газете "Пионерская правда" из номера в номер печатался "интерактивный" роман с продолжениями "Звездолет на Вяте", и любой читатель мог прислать свое предложение, как дальше развивать сюжет. А в журнале "Пионер" была напечатана статья, повествовавшая о "годовых кольцах истории". Автором романа значился Кир Булычев, статья же вышла из-под пера Игоря Можейко.


Игорь Можейко

Никто в ту пору и подумать не мог, что это работы одного и того же человека. Для меня обе "встречи" оказались знаковыми. В "Пионерку" я послал свое первое упражнение в искусстве построения сюжета, а статья (позже ставшая первоосновой книги "1185 год") настолько очаровала новизной взгляда на мировую историю, что фактически предопределила мое будущее.

А еще на экранах шел культовый для миллионов подростков фильм "Через тернии к звездам", сценарий которого тоже написал Кир Булычев. Страна знала и любила актеров и забывала про сценаристов, так что и об этой грани творчества замечательного автора многие узнали позже. А ведь без работы Булычева одного из лучших фантастических фильмов точно бы не было.

А потом был фильм "Гостья из будущего", просто взорвавший зрительский мир СССР, и бесконечно обаятельный мультик "Тайна третьей планеты" о приключениях девочки из XXI века Алисы Селезневой. Эти фантастические произведения вовсе не были фантастичными — в них верилось с первой страницы, с первых кадров. Мир нашей страны далекого будущего под пером Кира Булычева приобретал даже не достоверность, а очевидность.

Вероятно, сам того не осознавая, в интеллектуальном пространстве Советского Союза, заметно или не заметно, скромный гений Кир Булычев творил новую реальность. Можно назвать ее коммунистической — все люди XXI века в произведениях Булычева всерьез заняты делом, но вместе с тем в этой жизни нет ни малейшего намека на пресловутые "товарно-денежные отношения". От каждого по способностям — каждому по потребностям.

Кир Булычев за работой, фотосессия 1977 года | Фото: ТАСС

Такое понимание нашего коммунизма совершенно не совпадало с речами, произносимыми на трибунах съездов, но зато находило отклик у миллионов граждан, мечтавших именно о таком светлом будущем. Лучше писателя-фантаста Кира Булычева показать реалистичные картины оптимального развития нашей страны не смог никто.

Родословная с сюрпризом

Игорь Всеволодович Можейко родился 18 октября 1934 г. в Москве, как он предполагал, в обычной трудовой семье, каких вокруг были миллионы. Однако даже самый малый интерес к семейной истории подарил ему множество весьма занятных открытий. Оказалось, что его отец, бывший слесарь Всеволод Можейко, поступивший после рабфака на юридический факультет, активист и профсоюзный деятель, происходит из старинного шляхетского рода Можейко. Это уже потом, в 60-е годы, он стал профессором, доктором юридических наук и не боялся внезапного стука в дверь, а после революции он, скрыв дворянское происхождение, устроился на завод учеником, и дамоклов меч разоблачения висел над ним большую часть жизни.

Фантаст, востоковед, художник: как Кир Булычев нарисовал XXI век, по которому до сих пор скучают
Предполагается, что Можейко принадлежал к шляхтенному гербу "Трубы", известному с 14-го века.

Не особо повезло с рабоче-крестьянским происхождением и матери Игоря Всеволодовича — она была из последних выпускниц Смольного института благородных девиц. Дальше ее биография окутана почти непроницаемой завесой таинственности. Сам Булычев рассказывал, что "после революции она была беспризорной, спарринг-партнером на кортах во время НЭПа, работницей на фабрике Хаммера, шофером, курсантом академии имени Ворошилова, затем некоторое время комендантом Шлиссельбургской крепости, которая в первой половине 30-х гг. была складом боеприпасов".

И все бы ничего, но в военную академию поступали офицеры с соответствующим профильным образованием. По рабочей командировке туда не принимали. А в Шлиссельбурге в начале 30-х годов находился не просто склад боеприпасов, а лаборатория по разработке и испытанию биологического оружия. Вряд ли на такой пост назначили бы никому не известную женщину-шофера.

После рождения сына Мария Михайловна ушла со службы. Однако с начала Великой Отечественной войны инженер 3-го ранга Булычева снова в строю. В это время Комиссариат обороны поставил задачу до января 1942 года сформировать и подготовить пять новых воздушно-десантных корпусов, а также несколько отдельных бригад и полков. Опытного командного кадра не хватало, десантные войска в ту пору и вовсе были чрезвычайно молодым родом войск, и одну из авиадесантных школ возглавила Мария Булычева.

Несостоявшийся "шпион"

После войны она сама растила Игоря и его младшую сестру Наталью. С Всеволодом Можейко она рассталась еще в 30-е годы, а отчим Игоря, известный ученый, добровольцем ушедший на фронт в первые дни войны, погиб 7 мая 1945 г.

Булычев на встрече с пионерами-поклонниками

По воспоминаниям самого Игоря Можейко, Мария Михайловна была женщиной совершенно железного характера и, конечно же, желала ли она того или нет, пример ее много дал будущему ученому и писателю. Стойкости, предельной собранности и внутренней готовности к препятствиям он научился с детства.

По окончании средней школы Игорь Можейко поступил в Московский государственный институт иностранных языков или, как его еще называли, институт военных переводчиков. Вуз весьма престижный. Здесь можно было не только приобрести фундаментальные знания по иностранным языкам, но и получить востребованную и не пыльную армейскую специальность — институт военных переводчиков был кузницей кадров для 1-го главного управления КГБ – внешней разведки. Смышленый, умеющий на лету схватывать любую информацию и четко излагать ее суть, юноша уже тогда попал в поле зрения этой организации. А уж когда в 1957 г. по окончании вуза он был распределен зарубежным корреспондентом Агентства печати "Новости" (одна из самых популярных крыш советской разведки), у руководства 1-го главка на Игоря Можейко появились большие виды.

С 70-х годов Можейко интересовался нумизматикой и в новой России принимал участие в разработке нескольких государственных наград | Фото: ТАСС

Однако сам выпускник желал заниматься наукой, а вовсе не выведывать государственные тайны вероятного противника. И потому деликатно, но совершенно однозначно отверг попытку вербовки. Несколько раньше или же несколько позже такая "нелояльность" могла ему дорого обойтись. К счастью, на дворе стояли как раз "самые теплые годы хрущевской оттепели", и Игорь Всеволодович отправился в Бирму (ныне Мьянма) переводчиком и журналистом. Тут ему опять повезло: до резкого похолодания отношений между Китаем и Советским Союзом оставалось еще несколько лет, а потому Бирма в ту пору была не стратегическим плацдармом, а просто экзотической страной на краю света, особого значения для разведки не имеющей.

Тайна имени

В 1959 г. он вернулся в Советский Союз и поступил в аспирантуру Института востоковедения. Теперь внешней разведке он был не столь интересен, однако тут же попал в поле зрения 5-го управления КГБ, которое специализировалось по личностям, имеющим "недостаточно лояльный образ мыслей". Среди друзей Игоря Можейко таких было немало. Искусствоведы в штатском пытались объяснить молодому аспиранту, что он может и не защитить свою кандидатскую, да и вообще испортить ему жизнь есть множество способов, однако Игорь Можейко с неизменной мягкостью, скрывавшей усвоенную с детства твердость, отклонял предложения о сотрудничестве. Кандидатскую он все же защитил, и работа в Институте востоковедения шла своим чередом.

Вот тут-то из-за спины молодого ученого появился писатель. Однако это был вовсе не Кир Булычев. Его звали Майн Сейн Джи, и он сразу явился на свет известным бирманским писателем, рассказы которого лишь переводил Игорь Можейко. Впрочем, в самой Бирме о нем не знали, но рассказы-то были хорошие!

Можейко вместе с исполнительницей роли Алисы Селезневой Натальей Гусевой

Дошел черед до Кирилла (Кир.) Булычева. Имя писатель одолжил у супруги Киры, фамилию — у матери, а главная героиня самой известной серии его книг носила, как и его дочь, имя Алиса. Расхожая легенда гласит, что, опасаясь репрессий со стороны руководства института, Игорь Всеволодович тщательно хранил "тайну имени". Лишь в 1982 году, когда ему за литературное творчество была вручена Государственная премия, секрет был раскрыт. Однако это лишь очаровательный миф.

О фантастических повестях Кира Булычева/Игоря Можейко в институте знали все, кто читал не только ученые труды. Занятия в свободное время художественной литературой в подобных научных центрах не поощрялось, но и не осуждалось. Хотя в советские времена официальная точка зрения на фантастику была как на литературу второго сорта, призванную освещать и популяризировать достижения мировой науки, но в читающей среде жанр этот любили и уважали. Тем более успехи Кира Булычева не отвлекали от работы Игоря Можейко — в 1981 году он защитил докторскую диссертацию. А его труды по истории Юго-Восточной Азии и буддизму — до сих пор классика в этой области знаний.

Натюрморты и книги о наградах за авторством Можейко 1/5
Натюрморты и книги о наградах за авторством Можейко 2/5
Натюрморты и книги о наградах за авторством Можейко 3/5
Натюрморты и книги о наградах за авторством Можейко 4/5
Натюрморты и книги о наградах за авторством Можейко 5/5

Но множеству любителей истории он был куда более известен книгами о наградах (свою личную коллекцию он считал едва ли не самым главным достижением в жизни), о тайнах прошлого, о пиратах и корсарах. В этих книгах скрупулезная точность ученого соседствует с легкостью изложения большого писателя.

***

А еще Игорь Можейко писал картины. Здесь он не так прославлен, как в науке и литературе, но его акварели несут яркий отпечаток кисти мастера.

И напоследок, быть может, главное: сегодня в головах многих живет мечта о возвращении в СССР, но на самом деле это не желание вернуться в страну всеобщего одобрения бессмысленных решений партсъездов, в страну, где никто не верил в произносимые лозунги и острословами предлагалось совместить холодильник с радио, чтобы видеть там все то, что рассказывается на всю страну. Это подсознательное желание вернуться в воспетую Киром Булычевым страну космического прорыва, страну гордых и добрых людей — ту самую, о которой в "Гостье из будущего" рассказывала Алиса Селезнева.

По материалам: ruposters