Автор "Петровых в гриппе" — про сценарии коронавирусного апокалипсиса

Автор "Петровых в гриппе" — про сценарии коронавирусного апокалипсиса
В нем ведущие современные авторы из России и других государств включаются в общую борьбу с коронавирусом. Писателям, поэтам, режиссерам — творцам — предложили написать тексты, которые помогли бы вдохновить и поддержать, рассмешить и объединить читателей разных стран. Алексей Сальников, лауреат премии "Национальный бестселлер" 2018 года за роман "Петровы в гриппе и вокруг него", недавно экранизированного Кириллом Серебренниковым, тоже присоединился. Алексей придумал три сценария коронавирусного апокалипсиса, которые, конечно, не сбудутся, но легко могут превратиться в новые романы или фильмы.

Алексей Сальников

При виде весенней улицы, когда из-под снега повылезали всякие пластиковые, стеклянные и бумажные безделушки, подумалось, что вот странно: жанр постапокалипсиса вроде бы строится по другим законам. Сначала должен состояться непосредственно сам апокалипсис, а уже затем трескается асфальт, валяется мусор на обочине, похожая на прикорнувший труп, лежит в кустах наполовину заваленная листьями чья-то бурая куртка.


Пока же у нас все наоборот. Перво-наперво выстроены были декорации ко всему происходящему, и только потом запустили нынешнее подобие конца света.


То же и в литературе. Во многих романах описывалось мрачное прошлое, суровое настоящее, безоглядное будущее. Такое чувство, что писатели готовили себя к моменту, чтобы сказать: "Ну вот, ребята, я же говорил".

И только авторы книг про "попаданцев" носились в прошлое, будущее, параллельные миры, а попали на карантин.

И тут я коварно подкрался к тому, о чем, собственно, хотел поговорить. Самоизоляция — это не только несколько недель, заполненных удаленной работой, просмотром пропущенных сериалов (порой, вполне справедливо пропущенных), чтением оставленных "на потом" книжек. Это время, когда множество людей живут, как писатели: сидят дома перед компьютерами (разве что ничего не пишут при этом). Но это и время, когда то одному, то другому приходит в голову, что опыт его окукливания дома уникален, что опыт этот заслуживает подробного описания, что из этого может получиться рассказ, повесть или еще что покрупнее.

Покайтесь, ибо грядет! Из этого получатся и рассказы, и повести, и сценарии, и романы, и чего только не будет. Романтический сериал про карантин, детективный роман про эпидемию, серия фантастических книг.

Вот поссорившиеся супруги оказываются заперты в одной квартире, вот благополучная семья, застряв в самоизоляции, ссорится, выясняется, что не все так у них хорошо. Вот воришка проникает в квартиру к одинокому пенсионеру, невольно проникается его грустным бытом и принимается таскать старику продукты. Люди приходят на день рождения к другу, да так и остаются у него на целый месяц.


Еще что-нибудь будет написано про врачей — пафосное, но от чего сами врачи, возможно, будут кривиться. Все это дойдет до нас как эхо прошедшей пандемии.

Еще на Западе что-нибудь напишут и наснимают, думаю даже, что ближайший "Оскар" светит фильму про докторов.

Что уж скрывать, у меня самого появилось несколько идей в этом духе (что не может не пугать). Расскажу-ка про эти идеи на тот случай, если лень окажется недостаточно прочным препятствием на пути их безумного воплощения.

Первый замысел — про точно такой же повсеместный карантин, но только не сейчас, когда в телевизоре сто шестьдесят каналов, у всех интернет, все общаются в соцсетях, у детей куча игр. А про такой карантин, который происходит в реальности, похожей на нашу, только тридцатилетней давности, еще как бы в СССР. Вот где весело было бы!

Нынешняя изоляционная грусть по сравнению с тем, что было бы тогда, — это и не грусть вовсе, а так — нытье.

И, допустим, все это происходит в коммуналке для большего накала. С одной стороны, сидящие в самоизоляции инженер, токарь и еще кто-нибудь знают, что заводы и фабрики не обанкротятся. С другой стороны, в магазинах нечего сметать с полок, кроме березового сока в трехлитровых банках.


Вторая идея — про смертельный вирус, который наиболее хорошо чувствует себя в бетоне и цементе, стены обрызгивать бесполезно (вирус отсиживается в глубине стен, полов, потолков и все равно дает о себе знать), горожанам приходится покинуть дома и населенные пункты и тусоваться на природе — целыми миллионами. Правительство отсиживается в деревянных домах по селам, потеснив местных жителей.

Третья история — про человека, которого от пучины алкоголизма сдерживает только ежедневная работа без выходных. Первая половина текста про то, как он просыпается рано утром, радуясь, бежит трудиться, затем возвращается затемно, счастливо засыпает.

Вторая половина текста про тревожные вести. Про слухи, что место, где главный герой работает, могут временно прикрыть, и он думает: "Ой-ой, как бы этого не случилось, что я буду делать, если это произойдет?" Всякие его испуги по этому поводу, попытки заранее придумать, чем он сможет себя занять, если придется сидеть дома. Ну и потом само его существование в четырех стенах, походы в магазин с избеганием алкогольного отдела. И когда главный герой уже думает, что дожил до конца карантина, что истратил все запасы своей воли и все же не запил, ему звонят и говорят, что потерпеть нужно еще недельку.

Фух, отпустило.

Берегите себя, дорогие соотечественники!

По материалам: ria.ru